Младшая дочь князя
– Опозорила она тебя, княжич. Вместо сына наполовину золотого, наполовину серебряного родила она щенка.
Княжич рассердился и приказал запереть жену в конюшню. Он даже не повидал её. Бедная женщина жила в конюшне всеми покинутая, голодная, тоскующая.
Шло время, и во дворе, в том месте, где был вылит навар от сваренного ребенка, выросла осина. Княжич срубил её и сделал из неё подпорку для дома. Однажды жена тайком вышла из конюшни, собрала щепок от срубленной осины и в подоле принесла к себе. Она бросила щепки в костер, чтобы согреться от стужи. Вдруг один уголек стрельнул и подкатился к её ногам. В ту же минуту он превратился в золотую монету. Женщина удивилась. Она подняла монету и спрятала её в сундук. Через некоторое время слышит – из сундука доносится крик ребенка:
– Мама, мама, возьми меня!
Открыла женщина сундук и видит в нем ребенка наполовину золотого, наполовину серебряного. Она взяла его в руки.
– Чей ты ребенок, как ты сюда попал? – спросила удивленная женщина.
– Я твой сын. Когда я родился, твои сестры, а мои тетки сварили меня в котле и вылили навар во двор. Из того навара выросла осина, отец срубил её и подпер ею дом, ты собрала щепки, бросила их в огонь, а в щепке был я. Когда щепка загорелась, я превратился в уголек и выпрыгнул из костра в виде золотой монеты. А потом в сундуке я снова превратился в самого себя. Вот как я вернулся к тебе.
Были тут и слезы, и радость. Успокоившись немного, мать рассказала сыну о своих злоключениях.
– Не печалься, мама. Пойдем к отцу и расскажем ему о поступке злых теток. Идем же!
Мальчик повел мать к отцу, и все рассказал ему. Обрадовался княжич тому, что узнал и вознегодовал на старших сестер жены. Вызвал он их и сказал:
– Так-то вы выполнили мой наказ беречь жену и ребенка! Уходите с глаз моих долой, чтобы я вас не видел!
И прогнал их зять. Пришли сестры в отчий дом, а старый князь-отец дочерей не принял: он велел прогнать их за пределы своего княжества. Ушли они, сгорая от стыда, куда глаза глядят. Так и надо коварным людям, пусть знают: кто другому яму копает, сам в неё попадает. А старые князья по случаю появления у них необыкновенного внука, который был наполовину золотым, наполовину серебряным и возвращения жены княжича, устроили такой пир и веселье, что небу жарко было. И я на том пиру был, усы в вине мочил. Вот попробуйте, до сих пор еще мокрые.
Княжич рассердился и приказал запереть жену в конюшню. Он даже не повидал её. Бедная женщина жила в конюшне всеми покинутая, голодная, тоскующая.
Шло время, и во дворе, в том месте, где был вылит навар от сваренного ребенка, выросла осина. Княжич срубил её и сделал из неё подпорку для дома. Однажды жена тайком вышла из конюшни, собрала щепок от срубленной осины и в подоле принесла к себе. Она бросила щепки в костер, чтобы согреться от стужи. Вдруг один уголек стрельнул и подкатился к её ногам. В ту же минуту он превратился в золотую монету. Женщина удивилась. Она подняла монету и спрятала её в сундук. Через некоторое время слышит – из сундука доносится крик ребенка:
– Мама, мама, возьми меня!
Открыла женщина сундук и видит в нем ребенка наполовину золотого, наполовину серебряного. Она взяла его в руки.
– Чей ты ребенок, как ты сюда попал? – спросила удивленная женщина.
– Я твой сын. Когда я родился, твои сестры, а мои тетки сварили меня в котле и вылили навар во двор. Из того навара выросла осина, отец срубил её и подпер ею дом, ты собрала щепки, бросила их в огонь, а в щепке был я. Когда щепка загорелась, я превратился в уголек и выпрыгнул из костра в виде золотой монеты. А потом в сундуке я снова превратился в самого себя. Вот как я вернулся к тебе.
Были тут и слезы, и радость. Успокоившись немного, мать рассказала сыну о своих злоключениях.
– Не печалься, мама. Пойдем к отцу и расскажем ему о поступке злых теток. Идем же!
Мальчик повел мать к отцу, и все рассказал ему. Обрадовался княжич тому, что узнал и вознегодовал на старших сестер жены. Вызвал он их и сказал:
– Так-то вы выполнили мой наказ беречь жену и ребенка! Уходите с глаз моих долой, чтобы я вас не видел!
И прогнал их зять. Пришли сестры в отчий дом, а старый князь-отец дочерей не принял: он велел прогнать их за пределы своего княжества. Ушли они, сгорая от стыда, куда глаза глядят. Так и надо коварным людям, пусть знают: кто другому яму копает, сам в неё попадает. А старые князья по случаю появления у них необыкновенного внука, который был наполовину золотым, наполовину серебряным и возвращения жены княжича, устроили такой пир и веселье, что небу жарко было. И я на том пиру был, усы в вине мочил. Вот попробуйте, до сих пор еще мокрые.